Таллинский пастырь
Протоиерей Валерий Поведский

Переписка о. Валерия во время его пребывания в больнице (декабрь 1971 г.).

 

4 декабря.

Милая Наденька! С праздником!

Достается Тебе теперь хлопот, беганья и других бесконечных дел, которых прибавила моя болезнь! Спасибо Тебе, дорогая, за все, за все! Друг мой, все «ходим под Богом», поэтому должны и не только при серьезных болезнях, но и всегда быть готовы к смерти. Вот как-то тут была катастрофа, убило несколько человек на остановке, занесло прицеп, в который ударил своей машиной пьяный водитель. Поэтому серьезные болезни в наших годах, конечно, должны нас подготавливать к возможности всякого исхода.

Регина сказала, что, может быть, и в среду (кроме понедельника) будет мне переливание крови, тогда донором будет она. Спаси их всех, Господи! За внимание и любовь (за дело любви).

Возможно, в понедельник и не увидимся. Не знаю, в какое время будут переливать кровь, после чего нужно лежать два часа. Я постараюсь написать. Я думаю, если придешь в 5½ часов вечера, то я опять выйду.

Целую крепко Тебя, Любу и Диму.

Любящий дедушка.

 

6 декабря, понедельник.

Милая Надюша!

Спасибо Тебе за поддержку письмом. Бедная, достается Тебе! Поблагодари от меня о. Иоанна , о. Протодиакона и всех за меня молящихся. Благодарю о. Иоанна и за прочтение моего обращения к молящимся.

Конечно, годы наши достигли нижнего предела жизни на земле, положенного Творцом. Конечно, Господь знает, в какое время человека взять из этой жизни, но, может быть, Господь даст, еще и послужу, как Ты говоришь. Спасибо Тебе за поддержку!

Сегодня я чувствую себя много лучше вчерашнего. Кто-то сказал, что я порозовел даже. (?)

Пришли мне еще двухкопеечных монет (хотя еще с десяток есть). Спокойной ночи Тебе, Любане и Диме желаю (сейчас мысленно)! Целую, любящий Дедушка.

P.S. Ночью опять были боли в области сердца, сосал валидол. Жду, когда возьмут кровь, а пока помолился и сейчас почитаю Евангелие. Мысленно вас всех благославляю!

Взяли кровь. Читаю Ин. гл. 16. Я ее читал в день ареста в 24-м году. Особенно утешили тогда ст. 20 и 33. Иду завтракать. Узнавал: кажется, переливания крови не будет. Тогда буду смотреть в окно. Что дальше будет, а я как-то успокоился. Наверное, предложат операцию, и я соглашусь, даже если у меня рак. Все-таки кровотечение-то остановят, и тогда могут помочь лекарства, а с кровотечением не успеешь вылечиться – изойдешь кровью. Вот таковы итоги моих вычислений и размышлений.

12 часов… Завтра консилиум – сказала сестра. Я готов согласиться на все, что предложат… Ответил на письмо из Ленинграда, просил молиться. Если не сможешь сегодня по телефону поговорить, то напиши о себе и всех семейных, как живете? Всех, всех, и Тебя в особенности, целую, всех благославляю и молюсь о всех. Любящий дедушка.

6 декабря, после обеда.

Милая, золотая Наденька! Не прошу у Тебя прощения, так как чувствую Твою любовь. А любви там нет, где нет прощения, памятозлобие затмит любовь.

Завтра с утра берут опять кровь. С 2 часов – консилиум, как мне сказала палатная сестра (Мурд Тийу Константиновна), сегодня давшая мне кровь. Я записываю их имя, отчество и фамилию, в будущем их нужно как-то поблагодарить (первая – Павлова Вера Васильевна). Так что если приедешь к 13½, надеюсь увидеть Тебя через окошко. Ну, еще и еще раз целую!

 

7 декабря.

Милая, дорогая Надюша!

Вчера вечером, читая Ефрема Сирина, я пришел в такое тяжелое душевное состояние, что никак не мог ничем от него избавиться (ибо «молитвы непримирившихся неугодны Богу», а я вспомнил, что мне не простила Н. Арнольдовна , и подумал, что погиб вместе с ней). И только утром более светлые мысли пришли мне на ум и сердце. Кто их внушил, не знаю, но призывал я многих, даже и своих почивших дух. отцов. Все-таки я искал примирения и первый протянул руку к нему. И потом, как-то четко прояснилось для меня, что это, конечно, было испытание меня на терпение, которого и не хватило. Сознаю, укоряю себя, и мне стало спокойней. А с Н. А. объясняться писменно я как-то не решаюсь. Пожалуй, нужно признать, что она больная, вроде Любы, и столковаться с ней очень трудно или невозможно.

Поздравляю Тебя и всех родных с именинницами (живыми и умершими)! Катюня-то наша маленькая – счастливая – со духи праведных пребывает! И с праздником вкм. Екатерины! Это одна из любимейших мною святых. Здесь, конечно, трудно войти в чувства, которые бывают за богослужением. Зато больше ценишь его (богослужение), чем там. Но за все надо благодарить Бога, ибо ничто Им не попускается переживать человеку без духовной для него пользы.

Сейчас я пообедал. Сделаю перерыв в письме, почитаю Евангелие и буду ждать консилиума…

Итак, операция! В понедельник. Разговор был коротким: Ал. Ник. Гаврилов осмотрел меня и говорит: «Операция. Согласны?» «Согласен. Без операции не обойтись?» «Не обойтись!» – отвечает. «Когда?» – спрашиваю. «В понедельник с утра. Дадим вам выспаться». Говорю ему: «Нервничаю очень…» Хорошо бы о. Владимир в субботу или в воскресенье меня исповедывал и причастил. Но об этом, наверное, мне нужно поговорить с Гавриловым. Ну, целую Тебя, мою родную, и всех-всех моих дорогих Любу, Диму, Таню, Володю, Машеньку, Верочку, Люсика и Коленьку. Храни вас всех Господь! Привет о. Иоанну, о. Евгению, и благословение братии храма!

 

Матушке Надежде 7-8 декабря.

Дорогая, родная моя, матушка и бабушка!

Ответил Тане на ее письмо, а теперь (21.30) хочу немножко начать писать Тебе. По правде сказать, немножко беспокоюсь за Тебя: как бы Ты успела доехать до дому до закрытия глаз.

Бедная Любаня! Но о. Симеон говорил, что ее болезнь ей во спасение. Целуй ее от меня, привет Жене, целуй Диму и всем передай благословение. Увидишь, поблагодари Лидию Георгиевну и Маргит за их любовь ко мне. Это хорошо, что девочки у нас ночуют, целуй их и передай благословение мое. Пусть молятся за дедушку, и Диме скажи это. Спасибо всем церквям за молитвы. Дай Бог, чтобы исполнилось то, что чувствует сердце Лидии Георгиевны. Спасибо всем, кто шлет поклоны и молится за меня. Спасибо, родная, Тебе, что побуждаешь меня надеяться на милость Божию к нам обоим. Апостол говорит, что «упование не посрамит». Привет о. Корнилию и Тане. Насчет употребления лекарства я не спросил. Потом привет и благословение Зинаиде Васильевне. Спасибо верхним певчим! Спасибо Зое Ивановне. Хорошо, что малыши были в церкви. За молебен спасибо! Это ответил Тебе на Твое письмо. Продолжение завтра. Спокойной ночи! Христос с Тобой и всеми вами!!!

Добрый день, родная моя!

8 декабря 71г., 10.30. Спал сегодня хорошо, без просыпу часов 5 и выспался. Помолился (прочитал утренние молитвы), стал читать псалтирь, тут опять стали слипаться глаза, я лег, но не заснул, лежал и думал... померили температуру, стал есть (вернее, сосать) просфору, лег на живот и... уснул. Немного принял масло (вазелиновое), которое, пока спал, сестра поставила на столик вместе с другими лекарствами, принял домашнее лекарство, лег на живот и опять уснул до 9.15 (проспал завтрак, поэтому завтракал один). Читал 12 главу Деяний апостолов, это одна из любимейших мною, она мне напомнила детство, когда в бабушкиной комнате я, еще маленький, полюбил эту икону, на которой было изображено, как ангел выводит ап. Петра из темницы, что и описывается в 12 главе. Стих 5: Церковь прилежно молилась о нем Богу. Подумал: «И обо мне, недостойном, прилежно молится!» «Изведи из темницы душу мою, исповедатися Имени Твоему» – пронеслось в душе... И вот, я стал думать, что может совершиться чудо: прекратится кровотечение, и я без операции выйду «исповедатися Имени Твоему!»... Но при обходе врача, которой я выразил надежду, что, может быть, у меня остановится кровотечение, она мне ответила, что это может быть, но это очень непрочно, что буду мучиться и терять силы, когда будет открываться кровотечение, что у меня не рак, но застарелая язва, что операция необходима. Вспомнил я Елизавету Влад. (из церкви о. Вячеслава). Она говорила, что ей язву залечили, сказали, что носить более 3 кг. нельзя. Значит: не оступись, не сделай каких-то усилий, может быть, и земных поклонов не клади... И снова я согласился: «Операция нужна!»

Вот после этого посещения врача я и написал Тебе. Сейчас от о. Вячеслава принесли клубничный компот с письмом от него. Пишет: почему не звоню? Приехали переливать кровь...

 

9 декабря, четверг.

Милая Надюша!

Слава Богу, что Ты вчера пришла днем. Вечером же тут был такой сильный ветер, что я был бы в большом беспокойстве о Тебе, как Тебе добраться и сюда, и домой. Так холодно стало в моей палате, что пришлось просить второе одеяло. И то было не очень тепло, и из-за свиста и воя ветра я не мог долго заснуть, хотя и принял сонное. Сейчас из-за плохо проведенной ночи настроение неважное. Да еще упражнялся с вечера в ответе о. Александру  на его мольбу не предпринимать решительных шагов (т.е. операции), а ехать все же с ним к о. Петру. Письмо получилось длинное, я ему подробно рассказывал, как я пришел к убеждению о необходимости операции. Но мне кажется, что написал я мало для него убедительно, т. к. у него очень большая вера в о. Петра. У меня такой нет.

Был о. Вячеслав, передал мне письмо и клубнику (банку сбора 70-го года). Я ему звонил вчера (но его не было, я передал матушке об операции) и сегодня. Он сам мне предложил принести Причастие. Но для этого я должен поговорить с главврачем, чтобы его пропустили. Я было усомнился в необходимости этого – это все-таки как бы не полная вера в успешный исход операции. Так может показаться всем. А с другой стороны, конечно, мы должны быть и на каждую ночь готовы  сказать и говорим: «неужели мне одр сей гроб будет, или окаянную мою душу просветиши днем?» Сейчас был обход врачебный, и я просил устроить мне свидание с Гавриловым и поговорить с ним об этом (т.к. карантин еще не снят и нужно просить пропуск для о. Вячеслава).

Как-то Ты, моя родная, себя чувствуешь? Ты меня стараешься подбодрить, поэтому и сама стараешься быть бодрой. В то время, как это должно бы исходить от меня. Т.е. я должен бы подбадривать Тебя. Но с другой стороны, дорогая, мы оба знаем, что под Богом ходим и что всегда должны быть готовы к тому, что  скоро, скоро (ведь жизнь вся прожита), вместе ли, или опередив друг друга, мы уйдем из этой жизни. Одно скажу, дорогая, что мы можем благодарить Бога, что наша взаимная любовь сохранилась (нет, увеличилась!). И Тот, Кто сочетал нас любовию друг к другу, Тот, согласно Своему благовестию, не даст ей прекратиться в вечности (это я вычитал, когда читал о смерти, о связи с умершими незадолго перед смертью Симы). Все это прочитанное тогда оказалось нужным нам, чтобы в каком духовном торжестве хоронить Симу. Ведь недалек теперь и день его смерти 21/XII. Выйду ли я к тому времени? Если все будет нормально, то операция 13/XII, выход из больницы не раньше 23/XII. Значит, буду только накануне выхода. Посылаю Тебе бумажки (это из-под просфор) – сожги.

Пиши о себе, Любе, детях. Так приятно слышать «о юных богомольцах», да и о всех… А то я отсюда пишу о болезни да операции – все это невесело. И Ты радуйся и утешайся внуками, да и всем, которое там, вне больницы, веселей!

Благословение всем вам, Жене, Зое Ивановне и прочим сестрам и братиям храма нашего! Любящий Тебя батюшка и дедушка.

 

 

Письмо о. Валерию от дочери Татьяны.

10 декабря, 2 часа ночи.

 

Николай разбудил. Уснул. А у меня ощущение, что выспалась. На улице пол-луны. Красиво.

Человек преспокойненько чувствует себя вечным. Даже здесь, на земле временной. Пробивает час… Для каждого страшный, неизбежный. Кто-то не успеет и пикнуть – забирает на тот свет. А кто-то готовится, как к экзамену.

Дедуля, хочется надеяться, что это еще не экзамен у Тебя, а зачет. Оставят нам на радость и пользу Тебя еще на десяток-другой годков. О чем и взываем к Богу, многогрешные.

Должен же Колька с Тобой на Харку поездить.

В любом случае, Дедуля, мужайся и не унывай. Мне ли говорить об этом Тебе… В худшем случае – разлука не долгая. Все там будем. Деда, без «экзаменов», наверное, хиленьких забирают. А Тебе испытание предстоит. Помоги Господи! Молим, надеемся на заступничество Святителя Николая, что не осиротят нас так рано.

Крепко целуем. Таня с семейством.

 

 

10 декабря, пятница.

Милая бабушка и матушка!

15½ часов, а я только сел Тебе писать, на тот случай, если Ты все же почему-либо придешь (ибо вчера мы договаривались, что не придешь, а позвонишь). Таня написала грустное письмо. Побаивается за исход операции. Я ей ответил, что надеюсь после операции остаться живым. Что здесь к этому очень спокойно относятся.

В воскресенье с утра не есть, пить можно до 6 часов вечера… В понедельник – ап. Андрея Первозванного. Отец Вячеслав тоже служит литургию, обещал молиться.

Да, нужно быть спокойным: без воли Божией и птичка не падает на землю мертвой, а тем более человек! (Это слова Господа). Целую крепко всех и Тебя в особенности.

 

Ольге Чавчавадзе

Без даты.

Дорогая Оля!

Я думаю, что это Ты принесла письма и цветы. Спасибо! Нет, я не вычеркнул Тебя из числа своих духовных детей. И надеюсь, что мы еще вместе помолимся здесь, на земле. В понедельник 13.ХII операция. Я спокоен. Воля Божия да совершается над нами. Желаю выздоровления пальца. Твой дух. отец Валерий.

P.S. Как входишь в диспансер, мое окно второе справа от входа, на нем и Твои цветы. Вот, когда передашь мне записочку, а я Тебе письмо, то, прочитав его здесь же, посмотри на окно, я буду смотреть тоже. И благословлю Тебя!

На счет того, что «не может быть для Вас никакой угрозы, что Вы перестанете служить, ни при каком исходе…» – это сказано рискованно. Почитал я тут в больнице «псалмы Ефрема Сирина», да чуть в отчаяние не впал относительно своего спасения. «Если брат на тебя гневается, то и Бог». А ведь есть сестры, а может быть и братья, которые гневаются на меня, и я не смог еще примириться. Вот и гибель! Поэтому мне необходимо выйти из больницы живым и примириться… И потом быть весьма осторожным, чтобы не допускать вырваться из себя гневному слову. Кажется, Иоанн Лествичник говорит, что «монаху не свойственно ни гневаться, ни прогневлять». Тоже и о пастыре у него же сказано: «как несообразно видеть лисицу среди кур, так и гневливого пастыря среди словесных овец». Так что не одна любовь к богослужению (а здесь я ее больше почувствовал, не имея возможности его совершать, оплакивая его, как Иудеи Иерусалим на реках Вавилонских) достаточна спасти нас. Необходимо исполнение условий, под какими дастся нам прощение от Бога. Например: «простите… простится… не прощаете… не простится». Вот когда по неволе к нам приступает «память смертная», то и подумаешь: «была бы она раньше – и не согрешил бы, а теперь умрешь и не успеешь покаяться (в данном случае – примириться с братом или сестрой)». Вот: и рад бы в рай, да грехи не пускают. Помолись обо мне, чтобы продлилось время жизни моей, для покаяния. С любовью, Твой дух. отец Валерий.

 

Письмо о. Валерию от о. Владимира Залипского.

10 декабря.

 

Дорогой о. Валерий!

Лежу с гриппом и пишу Вам письмо. В комнате темновато, поэтому, может быть, не очень ясно у меня получается. Матушка в церкви. Только что вернулись из Печор. Был я у о. Афиногена, рассказал о Вашем положении. О. Афиноген сказал: «Если мы доверились врачам, то надо и слушать их». Так думает он и относительно операции, которую Вам предлагают врачи. Вчера вечером была у нас Ольга Михайловна. Говорит, что Вы согласились на операцию и что она будет в понедельник. Значит, выходит, что Ваше решение и совет о. Афиногена совпадают. Между прочим, похожее состояние было у доктора Зинкель. У нее тоже язва, видимо, оказалась запущенной и в одну ночь случилось прободение. Это уже хуже, чем у Вас. Жизнь была в опасности. Скорая помощь увезла ее в больницу, сразу же ночью вызвали специалиста-хирурга и прооперировали.

Сейчас д. Зинкель чувствует себя хорошо, работает с полуторной нагрузкой. И так уже года 4. Помню, что задолго до операции у д. Зинкель много раз % крови падал до 25-27! На работе диву давались, как она носит ноги, да еще и дома что-то делает. И это не единственный пример. Вообще, сколько слышал, язвенные операции дают положительные результаты и радикально устраняют болезнь. Бог даст, и у Вас все хорошо пройдет. О Вашей операции в понедельник знают Пюхтицы и Печоры. Я попрошу матушку, и она даст телеграмму о. Петру Гольцову и о. Петру Серегину в Пюхтицы. Так что будет так, как сказано в книге Деяний об апостоле Петре, когда он был в узах и приговорен к смерти: Церковь прилежно молилась о нем Богу (Деян 12.5)…

Думал до операции повидаться с Вами, но сегодня утром температура 39°, было 2 врача, выходить раньше недели (по меньшей мере) и думать не велели. Но я сейчас даже и рад болезни. Сна не было, сильная головная боль, сердцу худо, рвота была, так что выворачивало внутренности, горло, кашель режущий, всего ломит. – Всем этим, хотя и в малой мере, участвую в Ваших скорбях.

Матушка шлет Вам поклон, от души желает доброго исхода и просит молитв. В этом и я к ней присоединяюсь.

Ваш д. с. Владимир.

10.XII.71 г.

Знамение.

 

 

11 декабря.

Милая, родная Надюша!

Если бы я служил, то в воскресенье (12/XII) вечером мы бы служили 1) всенощную ап. Андрею Первозванному. Понедельник и вторник уборка храма. В среду 2) акафист, в четверг 3) литургия, вечером 4) всенощная с акафистом вмц. Варваре, в пятницу 5) литургия (в самый праздник) В субботу под храмовый праздник 6) всенощная с акафистом свт. Николаю и в воскресенье (19/XII) 7) литургия. Вечером (19/XII вс.) я бы отслужил 8) всенощную (без полиелея) с акафистом Нилу Столбенскому. Вторник 21/XII 9) заупокойная  литургия (по Симе). Я забыл, когда будет 40-й день о. Борису? Какого числа он умер ? Под зачатие Пресвятой Богородицы праведной Анной и под праздник иконы Божией Матери «Нечаянная Радость» с акафистом 10) всенощная и в среду, в самый праздник 11) литургия. Вечером 12) акафист свт. Николаю и в четверг 23/XII 13) литургия. В пятницу 24/XII 14) всенощную (без полиелея) под Спиридона Тримифунтского и в субботу 25/XII 15) литургия. Вечером 16) всенощная и в воскресенье 26/XII 17) литургия. Кто отслужит панихиду на могилке Симы? (М. б. отец Вячеслав?)

Вот примерное расписание на две недели. Ну а вы уж там соображайтесь с силами и возможностями о. Иоанна.

Итак, предпоследний день перед операцией. Я пока не волнуюсь, может быть по молитвам церковным в Таллине, в Пюхтицах, в Печерах, Новгороде и Москве (Митрополит).

О. Владимир вчера прислал письмо (с Олей), в котором сообщает о своей болезни и о том, что о. Афиноген сказал: раз обращаемся к врачам, значит, их нужно слушаться, т. е. соглашаться на операцию. Сам о. Владимир чувствует себя очень плохо: и рвота, и с сердцем худо, температура 39º. Но интересно, что он написал мне о молитвах обо мне Церкви, на что я обратил сам внимание и писал Тебе: именно, он сравнивает положение ап. Петра в узах, когда Церковь прилежно молилась о нем Богу, с моим положением, когда Церковь прилежно молится Богу обо мне, и надеется поэтому на благополучный исход операции. Приводит пример Зинкель (зуб. врача), которая, перемогаясь, как и я, дошла до еще большей потери гемоглобина, и самое главное – с открывшимся кровотечением должна была ехать на скорой помощи в больницу, где срочно был вызван хирург, который сразу же и оперировал ее с большим риском. Однако она здорова теперь. Т. е. о. Владимир соглашается с правильностью согласия моего на операцию. И Ты, родная, положись на милость Божию в отношении исхода операции, но молись обо мне и Любу попроси. О . Вячеслав сказал, что 13/XII перед литургией (примерно в начале операции) они в храме будут служить молебен обо мне (а может быть я не понял, м.б. будут служить дома перед «Скоропослушницей»). Ты, если Тебе понадобится об этом узнать, позвони о. Вячеславу.

В ожидании Твоего прихода или звонка займусь чтением Евангелия, Деяний апп. и Псалтири (так тут я начал читать с самого начала поступления моего сюда, и это очень хорошо действует на душу)…

С о. Вячеславом условились, что он придет под именем Залипского в воскресенье в 2 часа дня. Я давно не исповедовался, и это хорошо – облегчить душу исповеданием грехов своих. И Ты прости меня, дорогая, приступающего к св. Тайнам!

У меня в ручке кончается заряд, и я попросил о. Вячеслава принести мне ручку. Он обещал. А если Ты раньше успеешь мне ее передать, то хорошо. Но не беспокойся, это в том случае, если, скажем, она у Тебя окажется с собой, а то это дело верное: о. Вячеслав не забудет.

Все-таки Митрополит очень тепло составил телеграмму. Спаси его, Господи!

Целую Тебя, Любу, Диму, Таню, Володю, Машеньку, Верочку, Люсика и Коленьку, и всех благославляю.

Любящий Тебя и всех дедушка.

 

20 декабря.

Милая Надюша!

Сегодня был обход врачей 8-10 во главе с Гавриловым, один врач по-эстонски докладывал о нас, больных. Заключение главврача обо мне: «Значит, все ликвидировано». И с улыбкой мне: «Значит, можно продвигаться ближе к дому!?» Я поблагодарил за все.

Но как сказала Е. В.,  мне еще раз собираются перелить кровь. Что-то тут хлопочут насчет донора, и, кажется, деятельное участие (чуть ли не сам хочет дать кровь) принимает о. Вячеслав. Мне кажется, что это уж и лишку будет для меня. Но как сказал о. Афиноген: «Доверился врачам – надо их слушать». Ну, будем слушать!

Уже о. Вячеслав был, сдал свою кровь для определения группы и рикса. Минутное свидание с ним в коридоре устроила Е. В. Спаси его Господи!

А мне все кажется, что Ты мне что-то недоговариваешь, боишься меня чем-то расстроить (?). Напиши поподробней обо всех… и о себе главным образом.

Целую Тебя и всех-всех крепко!

Слава Богу за все!

 

21 декабря.

Милая Надюша!

Сейчас будут переводить меня в палату №12. Гаврилов находит возможным по ходу улучшения моего здоровья выписать меня из больницы в эту пятницу, 24 декабря. Сегодня Симин день, завтра «Нечаянная Радость». Наверное, Ты очень и очень занята…

Так верно, что у нас хорошо? Или это так надо, чтобы было все хорошо, т.к. мне нельзя беспокоиться? Ты знаешь, что я ко всему готов. Поэтому полное знание всего будет для меня полезней, чем не знать, а потом сожалеть, что во-время не помог, скажем, молитвой, нужным словом, или еще как. На эти мысли навели меня слова Нины: «Вам нельзя сейчас ни о чем беспокоиться».

Дух Утешитель да напоминает нам, что во время смертей Катеньки, Коли и Симы Он Сам пришел и утешил нас. А так как Он Дух Истины, то и утешения Его истинны. Т.е. это правда, что мы можем иметь благую надежду относительно детей наших, о их вечной жизни.

О. Вячеслав прислал болгарский виноградный сок.

Чтобы Тебе легче было со мной видеться, заходи опять, как и вчера, и смотри справа, на лестничной клетке, между 2-м и 1-м этажами.

 

 

^

наверх

© Православное Издательское Общество Священномученика Исидора Юрьевского

Таллин 2015